«Помилуйте… разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!»
Цитата из романа «Мастер и Маргарита» (1929 — 1940) Михаила Афанасьевича Булгакова. Часть 2, Глава 24 «Извлечение мастера». Кот Бегемот подает Маргарите стаканчик с прозрачной жидкостью:
— Ноблесс оближ, — заметил кот и налил Маргарите какой-то прозрачной жидкости в лафитный стакан.
— Это водка? — слабо спросила Маргарита.
Кот подпрыгнул на стуле от обиды.
— Помилуйте, королева, — прохрипел он, — разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!
Маргарита улыбнулась и сделала попытку отодвинуть от себя стакан.
— Смело пейте, — сказал Воланд, и Маргарита тотчас взяла стакан в руки. — Гелла, садись, — приказал Воланд и объяснил Маргарите: — Ночь полнолуния — праздничная ночь, и я ужинаю в тесной компании приближенных и слуг. Итак, как чувствуете вы себя? Как прошел этот утомительный бал?
— Потрясающе! — затрещал Коровьев, — все очарованы, влюблены, раздавлены, сколько такта, сколько умения, обаяния и шарма!
Воланд молча поднял стакан и чокнулся с Маргаритой. Маргарита покорно выпила, думая, что тут же ей и будет конец от спирта. Но ничего плохого не произошло. Живое тепло потекло по ее животу, что-то мягко стукнуло в затылок, вернулись силы, как будто она встала после долгого освежающего сна, кроме того, почувствовала волчий голод. И при воспоминании о том, что она не ела ничего со вчерашнего утра, он еще более разгорелся. Она стала жадно глотать икру.
Бегемот отрезал кусок ананаса, посолил его, поперчил, съел и после этого так залихватски тяпнул вторую стопку спирта, что все зааплодировали.
После второй стопки, выпитой Маргаритой, свечи в канделябрах разгорелись поярче, и в камине прибавилось пламени. Никакого опьянения Маргарита не чувствовала, кусая белыми зубами мясо, Маргарита упивалась текущим из него соком и в то же время смотрела, как Бегемот намазывает горчицей устрицу.
Булгаков. Мастер и маргарита. Глава 24. Излечение Мастера
В спальне Воланда все оказалось, как было до бала. Воланд в сорочке сидел на постели, и только Гелла не растирала ему ногу, а на столе, там, где раньше играли в шахматы, накрывала ужин. Коровьев и Азазелло, сняв фраки, сидели у стола, и рядом с ними, конечно, помещался кот, не пожелавший расстаться со своим галстуком, хоть тот и превратился в совершеннейшую грязную тряпку. Маргарита, шатаясь, подошла к столу и оперлась на него. Тогда Воланд поманил ее, как и тогда, к себе и показал, чтобы она села рядом.
Кот подпрыгнул на стуле от обиды.
Маргарита улыбнулась и сделала попытку отодвинуть от себя стакан.
Воланд молча поднял стакан и чокнулся с Маргаритой. Маргарита покорно выпила, думая, что тут же ей и будет конец от спирта. Но ничего плохого не произошло. Живое тепло потекло по ее животу, что-то мягко стукнуло в затылок, вернулись силы, как будто она встала после долгого освежающего сна, кроме того, почувствовала волчий голод. И при воспоминании о том, что она не ела ничего со вчерашнего утра, он еще более разгорелся. Она стала жадно глотать икру.
Бегемот отрезал кусок ананаса, посолил его, поперчил, съел и после этого так залихватски тяпнул вторую стопку спирта, что все зааплодировали.
После второй стопки, выпитой Маргаритой, свечи в канделябрах разгорелись поярче, и в камине прибавилось пламени. Никакого опьянения Маргарита не чувствовала, кусая белыми зубами мясо, Маргарита упивалась текущим из него соком и в то же время смотрела, как Бегемот намазывает горчицей устрицу.
— Как же не взволноваться? У меня у самого поджилки затряслись! Бух! Раз! Барон на бок!
— Ну да, ну да. А то ведь дело в том, что этот человек на лестнице. Вот когда мы проходили с Азазелло. И другой у подъезда. Я думаю, что он наблюдал за вашей квартирой.
Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита
– Это водка? – слабо спросила Маргарита.
Кот подпрыгнул на стуле от обиды.
– Помилуйте, королева, – прохрипел он, – разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!
это не «кулл», а клас-си-ка!! перечитывала эту книгу уже раз 10 наверное, и каждый раз нахожу что-то новое..)))
Я всегда с наслаждением использую цитаты из этой книги. В особености слова Бегемота
вот это написано, так написано!
Михаил Афанасьевич, спасибо вам!
У Бегемота, что ни фраза была, то афоризм. спасибо Булгакову!
Гениальное произведение!! Тоже всё время перечитываю..
Обожаю это произведение, автора и все, что с ними связано)
Просто обожаю это произведение, Оно бесподобно. Сейчас как раз 4 раз перечитываю ^^
Согласна. каждый раз что-то новое «выуживаешь» оттуда для себя.
Всё-таки Булгаков — гениален! Сколько раз читала, и всегда с замиранием сердца. Но Кот — это что-то бесподобное!
Восторг, да и только!)) Кот действительно неотразим!!))
Обожаю это произведение, только там было маленько не так
Какому демонизму? Я думал комму.
обожаю и книгу. и Кота
А сериал, который сняли по книге? Шикарный актерский состав! Великое произведение литературы.
А сериал одноименный по этой книге? Шикарный актерский состав! Великое произведение литературы.
Этот роман Булгакова вечен. Как вечны человеческие пороки. Браво Мастеру.
Ах. Сколько всего читала, а лучше ничего нету. Самое завораживающее и замечательное произведение, а эта фраза мне очень запомнилась) а уж кот действительно неподражаем. Каждая реплика со смыслом. )
Пожалуй, Булгаков — лучший русский прозаик (из классиков)! А «Мастер и Маргарита» — неподвластный времени шедевр.
Похожие цитаты
Тампон, скальпель, волшебную палочку… хух, спирт!
«Может, под Новый год, может, под Старый год девки собирались на гаданья. «
«Это водка? – слабо спросила Маргарита. Кот подпрыгнул на стуле от обиды. – Помилуйте, королева, – прохрипел он, – разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт!»
В музее Булгакова на Большой Садовой много лет живет
огромный черный кот Бегемот. Однажды я зашла
туда(допоздна работает) после театра, и мы оказались с ним
вдвоем в «нехорошей квартире». Мистическое ощущение.
Писали, что он недавно пропал, но нашелся,Слава Богу!Похож на
этого, но черный абсолютно.
. «Может, под Новый год, может, под старый год девки
собирались на гаданья. » Девичьи гаданья порой бывают не
просто забавами. Подсказками.
Однажды в новогоднюю ночь гадали с подругой на стихотворных сборниках. Знаете, как ведь? Такая-то строка сверху, страница такая-то. Туманными казались подсказки. Сейчас читаю тот документ: ВСЕ сбылось. Увы. Только в юности мы все оптимистки. Не верим, что в Книге судеб давно все написано. Только она за
семью печатями. Так что «бегите, девочки, бегите, а не снесете головы, хотя бы память сохраните, как весело бежали вы. » (Ал.Володин).
Впрочем, что толку-то! А я так ценила чужой опыт, так любила слушать рассказы старых и мудрых. И старалась следовать. Не пыталась упрямо изобретать велосипед, и самой завязывать шнурочки. Но. Книга судеб.
И. как показала жизнь: главный писатель моей судьбы все-таки Булгаков.
Это водка ну что вы мадам чистый спирт
Милый, легкий роман. Сюжет интересный, без надуманной интриги. Да предсказуемо, но написан роман интересно) >>>>>
День надежды
Роман понравился.Читала с удовольствием >>>>>
Все по-честному
Отличная книга я читала с удовольствием! 
>>>>>
Мой ласковый и нежный мент
Классная книга. Не оторваться. Читайте. >>>>>
Выдержка
>>>>>
Мастер и Маргарита
Текст печатается в последней прижизненной редакции (рукописи хранятся в рукописном отделе Государственной библиотеки СССР имени В. И. Ленина), а также с исправлениями и дополнениями, сделанными под диктовку писателя его женой, Е. С. Булгаковой.
Никогда не разговаривайте с неизвестными
Однажды весною, в час небывало жаркого заката, в Москве, на Патриарших прудах, появились два гражданина. Первый из них, одетый в летнюю серенькую пару, был маленького роста, упитан, лыс, свою приличную шляпу пирожком нес в руке, а на хорошо выбритом лице его помещались сверхъестественных размеров очки в черной роговой оправе. Второй – плечистый, рыжеватый, вихрастый молодой человек в заломленной на затылок клетчатой кепке – был в ковбойке, жеваных белых брюках и в черных тапочках.
Первый был не кто иной, как Михаил Александрович Берлиоз, председатель правления одной из крупнейших московских литературных ассоциаций, сокращенно именуемой МАССОЛИТ, и редактор толстого художественного журнала, а молодой спутник его – поэт Иван Николаевич Понырев, пишущий под псевдонимом Бездомный.
Попав в тень чуть зеленеющих лип, писатели первым долгом бросились к пестро раскрашенной будочке с надписью «Пиво и воды».
Да, следует отметить первую странность этого страшного майского вечера. Не только у будочки, но и во всей аллее, параллельной Малой Бронной улице, не оказалось ни одного человека. В тот час, когда уж, кажется, и сил не было дышать, когда солнце, раскалив Москву, в сухом тумане валилось куда-то за Садовое кольцо, – никто не пришел под липы, никто не сел на скамейку, пуста была аллея.
– Дайте нарзану, – попросил Берлиоз.
– Нарзану нету, – ответила женщина в будочке и почему-то обиделась.
– Пиво есть? – сиплым голосом осведомился Бездомный.
– Пиво привезут к вечеру, – ответила женщина.
– А что есть? – спросил Берлиоз.
– Абрикосовая, только теплая, – сказала женщина.
– Ну, давайте, давайте, давайте.
Абрикосовая дала обильную желтую пену, и в воздухе запахло парикмахерской. Напившись, литераторы немедленно начали икать, расплатились и уселись на скамейке лицом к пруду и спиной к Бронной.
Тут приключилась вторая странность, касающаяся одного Берлиоза. Он внезапно перестал икать, сердце его стукнуло и на мгновенье куда-то провалилось, потом вернулось, но с тупой иглой, засевшей в нем. Кроме того, Берлиоза охватил необоснованный, но столь сильный страх, что ему захотелось тотчас же бежать с Патриарших без оглядки. Берлиоз тоскливо оглянулся, не понимая, что его напугало. Он побледнел, вытер лоб платком, подумал: «Что это со мной? Этого никогда не было… сердце шалит… я переутомился. Пожалуй, пора бросить все к черту и в Кисловодск…»
И тут знойный воздух сгустился перед ним, и соткался из этого воздуха прозрачный гражданин престранного вида. На маленькой головке жокейский картузик, клетчатый кургузый воздушный же пиджачок… Гражданин ростом в сажень, но в плечах узок, худ неимоверно, и физиономия, прошу заметить, глумливая.
Жизнь Берлиоза складывалась так, что к необыкновенным явлениям он не привык. Еще более побледнев, он вытаращил глаза и в смятении подумал: «Этого не может быть. »
Но это, увы, было, и длинный, сквозь которого видно, гражданин, не касаясь земли, качался перед ним и влево и вправо.
Тут ужас до того овладел Берлиозом, что он закрыл глаза. А когда он их открыл, увидел, что все кончилось, марево растворилось, клетчатый исчез, а заодно и тупая игла выскочила из сердца.
Однако постепенно он успокоился, обмахнулся платком и, произнеся довольно бодро: «Ну-с, итак…» – повел речь, прерванную питьем абрикосовой.
Речь эта, как впоследствии узнали, шла об Иисусе Христе. Дело в том, что редактор заказал поэту для очередной книжки журнала большую антирелигиозную поэму. Эту поэму Иван Николаевич сочинил, и в очень короткий срок, но, к сожалению, ею редактора нисколько не удовлетворил. Очертил Бездомный главное действующее лицо своей поэмы, то есть Иисуса, очень черными красками, и тем не менее всю поэму приходилось, по мнению редактора, писать заново. И вот теперь редактор читал поэту нечто вроде лекции об Иисусе, с тем чтобы подчеркнуть основную ошибку поэта. Трудно сказать, что именно подвело Ивана Николаевича – изобразительная ли сила его таланта или полное незнакомство с вопросом, по которому он собирался писать, – но Иисус в его изображении получился ну совершенно как живой, хотя и не привлекающий к себе персонаж. Берлиоз же хотел доказать поэту, что главное не в том, каков был Иисус, плох ли, хорош ли, а в том, что Иисуса-то этого, как личности, вовсе не существовало на свете и что все рассказы о нем – простые выдумки, самый обыкновенный миф.
